Милый барин

Фото

Я приехал в деревеньку Вдуево, что за несколько сотен километров от Симбирска. На дворе стояла теплая, но с метелью зима 1878 года и темные жилые постройки здешних жителей, на черном теле которых кое-где виднеется золотистое окошко света. Я направился к самому ближнему дому, приказав слугам подождать меня у кареты. С трудом, отыскав дверь на совершенно черном доме, я попытался открыть ее, но она была заперта изнутри. Тогда я громко постучал в нее, на что услышал быстрые шаркающие шаги.

- Кто? - услышал я милый слуху женский голос.

- Открывай, барин приехал, - как можно грознее постарался я крикнуть в дверь.

Тут же послышался грохот отодвигаемых вещей и скрип ржавого засова.

- Проходите, проходите барин, давайте я сниму ваше пальто, - молоденькая девушка, лет 15-16 забегала вокруг меня, едва впустив в дом.

Я мягко отстранил ее.

- Где твои родители, - властно спросил я, даже не взглянув в ее личико.

- Там на хате, - она указала тоненьким пальчиком в сторону еще одной, но открытой двери, из которой пробивался свет свечи или чего-то подобного.

Я сделал шаг и переступил порог.

- Здравствуйте добрые люди, - сказал я сидящему ко мне спиной мужичине в холщовой рубашке.

Обернувшись, тот засуетился и стал тормошить женщину лежащую на кровати, перед которой он сидел.

- Вставай старая, барин пришел.

- Не стоит, пусть лежит, коли ей худо, - остановил я его, вдобавок положив руку ему на плечо.

Мужик остановился и медленно повернулся в мою сторону.

- Моя маменька, - приступил я к делу, - велела строго настрого найти мне новую горничную, - оглянувшись, я бросил взгляд на девчушку, открывшую мне дверь, - и девку для ночных утех.

- Бога ради сжалься, барин, - мужик бросился к моим ногам, - забирай дочь нашу, но оставь нам денег за нее, а то сдохнем мы с голоду.

- Ну вот и ладно, бросил я к ногам, прямо перед лицом у мужика небольшой мешочек с золотыми.

Я знал, что для этих людей важны деньги и поэтому бросил им довольно большое количество денег, какого никакая другая семья в этой деревне бы и не получила никогда за свое дитя. Я развернулся и, подхватив девчушку за руку, повел к выходу.

- Ты была с мужичиной хоть раз, - спросил я у девки по дороге.

- Нет.

- Что ж, жаль, но поправимо, - я подвел ее к карете и крикнул кучеру, - надо б девку одеть.

Кучер мгновенно соскочил с козел и бросился к сундуку с поклажей. Я в это время задрал на девчушке платье, оголив ее стройное, слегка бледное тело. Мороз заставил девушку съежиться, но она все же стояла гордо и прямо, что мне не могло не понравиться. Я увидел ее покрывшие пупырышками соски и, не удержавшись, погладил их. В этот момент подбежал кучер с одеждой. Я обернулся к нему и, увидев, как тот жадными глазами пожирает девичье тельце, взял у него платье и накинул на девку. Та помогла мне его одеть на себя и слегка выпрямилась, видно, что ей стало теплее.

- Пойдемте, - протянул я ей руку и провел в карету.

Кучер, семенивший сзади, подал девчушке пальто. Дверь закрылась, и в карете тут же почувствовался приток тепла. Подождав немного, пока в тронувшейся карете согреется воздух, я поднял подол юбки девицы и легкими шлепками по коленкам заставил ее их раздвинуть.

Притянув ее за ноги к краю сидения, я несильно подергал волосики, на растянувшемся в стороны лобке. Девка шумно дышала, быстрее согревая воздух в карете.

Качнувшись, карета остановилась, и я услышал хрустящие шаги кучера по снегу. Помня, как он завистливо облизывался на девчинку, я решил его подразнить, развернув девку промежностью к двери и еще шире расставив ей ноги в стороны.

Кучер с размаху открыл тяжелую дверь и, уткнувшись лицом в девичью промежность, вылупив глаза, остановился.

- А, ав-в-м, - кучер лишился дара речи от неожиданности, но рукой махнул на еще один дом, в котором горел свет.

- Сам сходи, Кузьма, мне с девкой надо разобраться, - я повернул девчушку промежностью к себе. Порывшись в кармане пальто, я достал еще один мешочек и кинул его кучеру, - и переодень ее.

Я знал, что кучер захочет поиметь бабу в доме, да и поимеет. Мне было все равно. Кузьма знал, что мне нужны именно девки невинные, а уже пробовавших я не люблю, поэтому отдам ее Кузьме на растерзание, пока он будет ехать. Как я и ожидал, Кузьма вернулся только через минут десять, оправдываясь, что девка упиралась и идти не хотела.